РАО Бумпром. Российская Ассоциация организаций и предприятий целлюлозно-бумажной промышленности. Экономика, бумажное предприятие, развитие переработки древесины, лесная индустрия, БДМ, экология, лесной бизнес, бумажная упаковка, тара, тарная упаковка, новости ЛПК, новости лесного комплекса, новости ЦБП, ЦБП, пошлины на бумагу, ЦБК, целлюлоза, бумага, целлюлозно-бумажная промышленность, отрасль ЦБК, картон, писчебумага, производство, целлюлозно бумажный комбинат, фабрика, целлюлоза, экспорт, импорт, повышение цен, Лесной кодекс, инвестиционная программа, правительство, федеральное агенство по лесному хозяйству, макулатура, оборудование, модернизация, кадры, ввп, полиграфия, газетная бумага, мелованная бумага, снижение цен, акции, контракт, облигации
Об Ассоциации
ЦБП России
Новости и комментарии
Исследования и публикации
Календарь событий
СПК в целлюлозно-бумажной, мебельной и деревообрабатывающей промышленности
   Главная Контакты Карта сайта Написать письмо Сегодня 21.11.2018г., среда
НОВОЕ НА САЙТЕ
АРХИВ-КАЛЕНДАРЬ
<< ноябрь 2018 >>
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
ПОИСК
Рассылки


НОВОСТИ И КОММЕНТАРИИ
СМИ о нас

29 июня 2018 г.

Обзор СМИ от 29 июня 2018 года

Версия для печати

«УЧИМ БИЗНЕС ЗАРАБАТЫВАТЬ НА РАЗДЕЛЬНОМ СБОРЕ МУСОРА»

 

Андрей Бакеев, «Эксперт ЮГ»

 

Компания по переработке вторсырья «Ростоввторпереработка» занимает промежуточную нишу между производителями и потребителями бумаги и картона. Бизнес компании растёт за счёт прививаемой сегодня в обществе культуры раздельного сбора отходов, на чём и зарабатывают все участники цепочки.

 

Крупнейший в Ростовской области сборщик вторсырья, АО «Ростоввторпереработка» (РВП), занимается преимущественно макулатурой: перерабатывает 35–50 тысяч тонн ежегодно. Компания работает в регионе более 20 лет. Макулатуру РВП отправляет на целлюлозно-бумажные комбинаты России и за рубеж, для более глубокой переработки. Второе направление бизнеса РВП — оптовая продажа полиграфического картона, газетной и офсетной бумаги. У предприятия — собственная развитая инфраструктура: производственная база, склады, железнодорожная ветка (около 500 метров), высокоточное оборудование, автопарк на 40 «экомобилей» и т. д. В штате — более 150 человек. Как отметил в разговоре с «Экспертом ЮГ» директор компании Михаил Кутузов, по итогам 2017 года выручка составила чуть более 800 млн рублей и сохраняется на одном уровне два года подряд, после почти двукратного падения оборотов в 2015 году. Тогда из-за кризиса предприятие прекратило экспорт макулатуры. Сейчас РВП переориентировала свой бизнес на внутренних потребителей и рассчитывает на рост выручки по итогам 2018 года. Одна из главных целей компании — приучить бизнес к раздельному сбору отходов. От этого, по замыслу Михаила Кутузова, выиграют все — горожане смогут жить в экологически чистых районах, бизнес получит дополнительную статью доходов, а РВП — новые источники сырья. «Приучить» всех участников процесса к такой культуре для РВП сродни определённой бизнес-миссии.

 

— Вам удалось остановить падение и зафиксировать показатели бизнеса на одном уровне. На чём сейчас основана стратегия роста компании?

— Мы растём, только рост этот не количественный, а качественный. Вынужденная пауза помогла нам переосмыслить ключевые моменты, связанные с нашей основной деятельностью — сбором и утилизацией вторсырья. В частности, продвижение идеи раздельного сбора отходов. В 2016 году мы приступили к реализации собственного социально-просветительского проекта. Получили лицензию, позволяющую нашим специалистам просвещать не только «производителей мусора», но и воспитанников детских садов, где в игровой форме мы прививаем малышам определённую экокультуру. Мы работаем со школами, вузами и предприятиями. В прошлом году в рамках 
проекта открыли эколого-образова­тель­ный центр «Экориум». На сегодняшний день в проект вложили около 50 миллионов рублей. Сейчас, когда регионы переходят на новую систему обращения с ТКО, это особенно актуально. Мы постепенно поворачиваем в сторону раздельного сбора.

Сегодня мало построить современный мусоросортировочный комплекс и напичкать его дорогим оборудованием. Важно привести туда качественное вторсырьё. Сейчас же часто бывает, что макулатура идёт вперемешку с пищевыми отходами, батарейками, пластиком и так далее. Мы работаем с несколькими мусоросортировочными станциями Ростовской области и всё это безобразие видим.

Надо разделять на самом первом этапе формирования ТКО — бытовом. Устанавливать специальные контейнеры в общественных местах, частном жилом секторе, на территории жилых комплексов и предприятий, в торговых и бизнес-центрах. Весь цивилизованный мир так работает и, кстати, неплохо на этом зарабатывает.

А что у нас? Я был просто потрясён, узнав, что в Сколково, российском центре инноваций и передовых технологий, весь мусор кидают в один контейнер и «складируют» возле него.

 

— Возможно, следует воспитывать население постепенно? Например, для начала предлагать сортировать пищевые отходы и непищевые. Так происходит, например, в Волгоградской области, где в конце 2017 года начата реализация пилотного проекта по раздельному сбору мусора.

— Такой подход, когда делят только на две фракции, имеет свои преимущества и облегчает задачу по утилизации отходов, но не решает проблемы полностью. Непищевая фракция — очень большая группа твёрдых отходов, к которой относятся стекло, пластик, бумага, металл, стройматериалы и т. п. Если всё это валить в один бак или контейнер, то кто потом и как будет разгребать весь этот «ералаш»?!

Думаю, нам не стоит изобретать велосипед, а использовать лучшие практики, которые есть в мире. Например, в Германии человек, выпив бутылку воды, понимает, что стеклотару надо положить в один контейнер, а крышку — в другой. В Японии бытовой мусор делят на пять и даже десять фракций. Там для этого при жилых домах строят специальные здания. И люди не ленятся, раскладывают, потому что там такая культура и соответствующая инфраструктура. Что мешает нашим застройщикам ещё на стадии разработки проектов учитывать организацию помещений и крытых территорий под раздельный сбор мусора?

Да, в Ростове и такие объекты есть, но их единицы. В целом культура пока не привита, а инфраструктура ещё не развита. Однако в сравнении с тем, что было два года назад, изменения есть. Например, в Ростове-на-Дону ситуация с раздельным сбором мусора обстоит лучше, чем в других крупных городах региона. Мы видим, что местная власть и предприятия стали уделять этому направлению более серьёзное внимание.

 

— А есть ли положительные примеры в других городах Юга?

— Мне нравится, как выстроена работа по сбору и утилизации твёрдых отходов на некоторых курортах Краснодарского края. Например, в Геленджике на набережной и центральных улицах стоят красивые разноцветные контейнеры под пластик, стекло, бумагу и, отдельно, под пищевые отходы. Специализированные муниципальные службы этот процесс грамотно контролируют, да и сами отдыхающие в большинстве своём бросают бумагу отдельно от пластика и в соответствующие «урны». Если это получилось в одном отдельно взятом городе Юга, то наверняка может получиться и в остальных.

Что касается предприятий, то у нас есть очень хороший пример — завод «Ростсельмаш». Раньше предприятие платило специализированным компаниям деньги просто за вывоз мусора. Но начали работать с нами, стали разделять отходы. Отдельно для нас на комбайновом заводе собирают макулатуру и полиэтиленовую плёнку, которые мы у завода покупаем. В итоге за год работы с нами компания решила сразу две задачи — экологическую и экономическую. В статье «доходы» появились дополнительные сотни тысяч рублей, а расходы на оплату негативного воздействия уменьшились. Мы просвещаем бизнес и учим его зарабатывать на раздельном сборе вторсырья. Аналогичным образом строим сотрудничество с продуктовыми ритейлерами и другими крупными розничными сетями. (с кем именно — не скажу, так как, по договору, мы не можем афишировать сотрудничество с ними). А в ближайшей перспективе планируем выйти с предложением по утилизации картона на поставщиков мебели и крупной бытовой техники.

 

— Их вы тоже хотите научить зарабатывать на раздельном сборе отходов?

— В середине 2017 года был принят федеральный закон, согласно которому теперь запрещено «хоронить» большое количество различных отходов: медицинских, промышленных, опасных и т. д. В перечне почти 190 наименований. Одни из них не подлежат захоронению уже с этого года, другие — со следующего. К последним относится и макулатура. Но если с обычными «бумажками» проблем нет (главное, чтобы такое вторсырьё было чистым, без нежелательных примесей), то что делать с картонной упаковкой из-под холодильников, телевизоров, корпусной мебели и других крупногабаритных товаров, пока не очень понятно. В контейнер для раздельного сбора такую упаковку не засунешь, да и далеко не возле каждой жилой высотки есть место, куда её можно складировать, не мешая проходу или движению. Мы хотим добиться, чтобы доставщики техники и мебели забирали такой большой картон у клиентов, а мы, в свою очередь, будем у них его покупать и отправлять на переработку. Подход, от которого выиграют все. Здесь показателен опыт крупных ритейлеров, которые, по нашим данным, в прошлом году в масштабах всей страны заработали на сбыте такого отработанного картона около 300 миллионов рублей.

 

— Как вы собираетесь донести до других представителей крупного бизнеса информацию об этом?

— Мы выходим на предприятия с нашим просветительским проектом, рассказываем работникам о пользе и перспективах раздельного сбора ТКО, но одновременно мы формируем и базу наших потенциальных корпоративных клиентов, у которых планируем забирать, скажем, макулатуру для отправки крупным производителям картона, действующим в других регионах России. Например, это российские предприятия австрийской фирмы «Майрмельнхоф» (Mayr-Melnhof Karton, крупнейший в Европе производитель упаковочного картона и мировой лидер в производстве макулатурного картона; девять фабрик в шести странах Западной и Восточной Европы; концерн производит в год 1,6 млн тонн картона, 90% из которого — картон из вторсырья. — «Эксперт ЮГ».). Ещё один крупный партнёр — группа «Илим» (лидер целлюлозно-бумажной промышленности России; в состав ГК входят три крупнейших ЦБК страны и два современных гофрозавода. Предприятия расположены в Архангельской, Иркутской, Ленинградской и Московской областях. — «Эксперт ЮГ».).

При этом стараемся, чтобы плечо перевозки не превышало 500 километров — это оптимальное расстояние позволяет сохранять маржинальность бизнеса на приемлемом уровне (15–20 процентов). Нам удалось восстановить некоторые связи с нашими украинскими клиентами, которые, как правило, закупают макулатуру в хороших объёмах и платят вовремя, в отличие, например, от предприятий Северного Кавказа. Сейчас в нашем клиентском портфеле около 15 предприятий, и есть тенденция к увеличению их числа в ближайший год примерно на 40–50 процентов.

 

— За счёт каких внутренних резервов собираетесь расти?

— Мы пересмотрели собственные подходы к сбору макулатуры. Если раньше собирали её в пределах Ростова и городов-спутников, редко выезжая более чем за 100–150 километров от донской столицы, то сейчас ежедневно отправляем машины в более отдалённые от регионального центра районы, чтобы подбирать макулатуру «с земли». Не было случая, чтобы наши «газели» возвращались порожними. С каждой такой поездки мы полностью окупаем транспортные расходы и дополнительно зарабатываем 5–10 тысяч рублей. В ближайшее время возьмём в лизинг ещё несколько «экомобилей» — расширим парк.

И, конечно, мы сохраняем активность в нашем оптовом звене — поставках для полиграфических предприятий и типографий бумаги, картона и другой аналогичной продукции. У нас есть хорошее преимущество — пул крупнейших поставщиков, лидеров в своих сегментах: Архангельский ЦБК, Киевский картонно-бумажный комбинат, Рубежанский картонно-тарный комбинат (ПАО «РКТК»), АО «Пролетарий» (город Cураж в Брянской области) и другие. Они поставляют качественную продукцию, которую мы умеем продавать в промышленных объёмах. Сегодня это направление в оборотах компании занимает около 35 процентов. По нашим расчётам, в 2018 году мы должны увеличить показатели на 10–15 процентов и создать основу для будущего роста. Надеемся в ближайшие несколько лет выйти на оборот в миллиард рублей — перейти этот психологический рубеж.

 

— Можете дать оценку состоянию конкурентной среды в тех направлениях бизнеса, которыми занимаетесь?

— И в поставках вторсырья, и в продаже картона и бумаги конкуренция жёсткая. Однако в моих правилах вообще не говорить о конкурентах. Мы друг друга знаем, можно сказать, почти дружим. Но у каждого из нас свой бизнес, свои ниши, клиенты и поставщики. Мы плотно занимаем свою нишу, у нас есть круг проверенных постоянных клиентов и партнёров. И годами складывавшийся коллектив. Всё это после кризиса 2015 года позволило нам сохранить предприятие, остановить падение и остаться на плаву.

 

— Какие стратегические приоритеты вы определили для себя на ближайшие год-два?

— В конце 2017 года мы подготовили бизнес-план по организации в Аксайском районе Ростовской области регионального кластера по утилизации и первичной переработке отходов (в том числе и опасных). Проект предполагает, что на участке в 10 гектаров будет осуществляться сбор и сортировка макулатуры, всех видов пластика, крупногабаритной бытовой техники, опасных отходов. Здесь же будут находиться инсинератор («крематорий» для опасных отходов), установка для переработки отработанного машинного масла, цех разборки техники на самые мелкие детали и узлы, которые можно будет продавать на соответствующие заводы. В планах — сортировка и первичная обработка стекла, переработка отработанных автопокрышек и завод резинотехнических изделий. То есть это структура, на территории которой появятся сортировочные мощности примерно по 10 видам отходов. По нашим оценкам, на реализацию проекта потребуется минимум миллиард рублей. Это только расходы на инфраструктуру, сортировку отходов и их первичную переработку. Если реализовывать идею максимально, с организацией глубокой переработки (выпуск гранул для бутылок ПЭТ, тех же резинотехнических изделий и т. д.), инвестиций понадобится в два-три раза больше.

Самостоятельно мы этот проект не потянем. Его реализация возможна только через государственно-частное партнёрство, и такую возможность мы сейчас рассматриваем.

 

РОССИЙСКИЕ ЛЕСОВОЗЫ НЕ ПРОХОДЯТ ЧЕРЕЗ ФИНСКИЙ ЗАКОН

 

Наталья Скорлыгина, «КоммерсантЪ»

 

Финляндии, которая, как сегодня сообщил “Ъ”, просила у Москвы права использовать российские лесовозные платформы для перевозок по своей территории, придется править свое железнодорожное законодательство. Сейчас российские вагоны могут использоваться в Финляндии только в международном сообщении между странами. Всего для удовлетворения внутреннего спроса финнам нужно порядка 1 тыс. лесовозов из РФ.

 

Как сообщили “Ъ” в четверг в Министерстве транспорта и связи Финляндии, если Россия сочтет целесообразным разрешить использовать в Финляндии свои лесовозные платформы, Хельсинки придется поменять законодательство. Сейчас Закон о железных дорогах Финляндии гласит, что вагоны из третьих стран (не входящих в ЕС или Европейское экономическое пространство) могут задействоваться только в прямом железнодорожном сообщении между Финляндией и РФ.

Как сообщал “Ъ”, 5 июня статс-секретарь Министерства транспорта и связи Финляндии Харри Пурсиайнен направил замминистра транспорта РФ Сергею Аристову письмо с предложением задействовать внутри Финляндии российские лесовозы, которые приходят в страну с грузом. Ежедневно в Финляндии находится около 2 тыс. лесовозов из РФ.

Необходимость в дополнительных вагонах возникла из-за роста спроса местной лесной промышленности.

Как сообщили “Ъ” в финском министерстве, Ассоциация лесной промышленности Финляндии оценивает суммарный дефицит вагонов для транспортировки леса в 1 тыс. единиц. В Минтрансе РФ “Ъ” сообщили, что предложение финской стороны находится на рассмотрении.

 

ПРОДАЛИ КИТАЙЦАМ ВЕСЬ СИБИРСКИЙ ЛЕС?

 

Сетевое издание Lentachel.ru

 

В России назревает экологическая катастрофа невиданных масштабов. Однако власти страны предпочитают об этом не говорить. Речь идет о массовой вырубке сибирских лесов. Причем, самым активным образом в этом участвуют предприниматели Китая.

 

О беде рассказал на своей странице в соцсети Павел Пашков, писатель, общественный деятель и путешественник. Он ведет экспедицию «Русская тайга». Участники экспедиции проехали огромное расстояние по Сибири, поднимались в воздух. И пришли в ужас от увиденного. До конца июля по этому поводу выйдет в свет фильм «Русская тайга». Вот что говорит о содержании документальной ленты сам Пашков: «По результатам проверки сибирских регионов могу точно сказать, что практически весь лесной бизнес принадлежит КНР».

Пашков утверждает, что даже российские лесозаготовительные предприятия в Сибири оказались в руках китайских бизнесменов. Фактически Сибирь стала сырьевым придатком Китая. Общественник делает пугающий вывод, что фактически российская Сибирь уже принадлежит Китаю. Проведенное расследование в отношении отдельно взятого китайского бизнесмена показало, что он контролирует не только лесозаготовительные предприятия. Этот же человек поставляет оборудование для вырубки леса, заготовки древесины и утилизации. Самое печальное, что площадь лесов в Восточной Сибири, по оценкам Пашкова, уменьшается стремительно. Все больше становится болот, все меньше лесов - сплошные вырубки по всей Восточной Сибири.

Как утверждает создатель фильма, население Сибири категорически против такого китайского нашествия, против тотальной вырубки лесов. Но власти предпочитают молчать о проблеме и игнорировать мнение граждан. Между тем в условиях слаборазвитой инфраструктуры для российских туристов даже на берегу Байкала дело дошло до того, что на китайские деньги китайские рабочие строят соответствующую. инфраструктуру для китайских туристов! По берегам Байкала китайские инвесторы активно выкупают бизнес у местных предпринимателей. Проблема приняла угрожающие масштабы.

Пашков предполагает, что на Дальнем Востоке ситуация еще хуже.

До конца года писатель и путешественник планирует проехать все регионы России и создать общероссийскую карту вырубок лесов. Пашков подчеркивает, что он с огромным уважением относится ко всем народам мира. Однако сейчас происходит фактическое уничтожение уникальной экосистемы Сибири. Надо оценить масштаб проблемы и начинать действовать. Отмечается, что «Русская тайга» - народный проект.

Вопросы по итогам проекта родятся, видимо, в адрес властей всех уровней: к региональным руководителям и депутатам сибирских регионов, к правительству России, к Госдуме, к президенту Путину. Если мы говорим о защите интересов России в ситуации с Крымом, то о сибирской проблеме надо кричать во весь голос.

 

Выскажите мнение о материале:

Очень полезно  Любопытно  Ничего нового  


Об Ассоциации . ЦБП России . Новости и комментарии . Исследования и публикации . Календарь событий . СПК в целлюлозно-бумажной, мебельной и деревообрабатывающей промышленности
Главная . Контакты . Карта сайта .   . Написать письмо    Тел./Факс +7 (495) 783-06-01
Copyright 2009 РАО "Бумпром" другие новости
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100