РАО Бумпром. Российская Ассоциация организаций и предприятий целлюлозно-бумажной промышленности. Экономика, бумажное предприятие, развитие переработки древесины, лесная индустрия, БДМ, экология, лесной бизнес, бумажная упаковка, тара, тарная упаковка, новости ЛПК, новости лесного комплекса, новости ЦБП, ЦБП, пошлины на бумагу, ЦБК, целлюлоза, бумага, целлюлозно-бумажная промышленность, отрасль ЦБК, картон, писчебумага, производство, целлюлозно бумажный комбинат, фабрика, целлюлоза, экспорт, импорт, повышение цен, Лесной кодекс, инвестиционная программа, правительство, федеральное агенство по лесному хозяйству, макулатура, оборудование, модернизация, кадры, ввп, полиграфия, газетная бумага, мелованная бумага, снижение цен, акции, контракт, облигации
Об Ассоциации
ЦБП России
Новости и комментарии
Исследования и публикации
Календарь событий
СПК в целлюлозно-бумажной, мебельной и деревообрабатывающей промышленности
   Главная Контакты Карта сайта Написать письмо Сегодня 03.07.2020г., пятница
НОВОЕ НА САЙТЕ
АРХИВ-КАЛЕНДАРЬ
<< июль 2020 >>
ПнВтСрЧтПтСбВс
12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
ПОИСК
Рассылки


НОВОСТИ И КОММЕНТАРИИ
СМИ о нас

24 января 2019 г.

Обзор СМИ от 24 января 2019 года

Версия для печати

КАК КИТАЙЦЫ ВЫРУБАЮТ РУССКУЮ ТАЙГУ. ЧАСТЬ 3

 

Владимир Ворсобин, «Комсомольская правда»

 

Журналисты «Комсомольской правды» Владимир Ворсобин и Виктор Гусейнов отправились из Москвы в Сибирь, чтобы увидеть своими глазами, действительно ли весь лес здесь хищнически пилится и вывозится в Поднебесную.

 

ГОРОД В ЛЕСУ

Русская тайга - это красная светящаяся в сумерках лава…

Она горит здесь уже неделю. А может, месяц.

Сквозь дым ползет стадо лесовозов. Словно железные жуки тащат тайгу на лесопилки, а та упирается, бедная, визжит сотнями пил.

Тайгу разделывают рядом. Прямо посреди леса стоит «китайский город» с дизельной электростанцией, цехами, жилыми домами.

Господа из правительства, вы этого добивалась?! Вот она - глубокая переработка леса! Практичные китайцы где рубят, там и распиливают, а отходы… жгут. Горы макаронника (обрезки досок и бруса) были тут, говорят, высотой с девятиэтажный дом, а теперь лес обдает ядовитым жаром.

«Город китайцев» ненавидят даже их коллеги по ремеслу - водители лесовозов. Из-за привычки водил снимать и выкладывать в интернет все, что увидели, да еще с матерными подписями, китайцы возвели у своего города насыпь. Как китайскую стену!..

Нервы Гусейнова не выдержали. Его квадрокоптер с фотокамерой заблудился в адском дыму. Ор Гусейнова срывался на хрип…

- Гады! - слал он лучи проклятия городу. - За такое в Европечетвертовали бы и возродили инквизицию!

Но, ворвавшись в город, мы обнаружили, что он… не китайский. Там работал весь бывший СССР: узбеки, таджики, киргизы (лишь один еле говорил по-русски). Единственного китайца мы обнаружили в избушке-администрации.

Но этого начальника прикрыл русский. Двухметровый инженер встал между нами (китаец тут же исчез) и сказал четко. Похоже так звучит местный пароль:

- Разрешения есть. Документы есть. Прокуратура проверила. Вопросы?

Символично. Русоволосый русский парень спокойно улыбался на фоне огня.

- Мы скоро уедем отсюда, - сказал он нам на прощание. - Хорошей тайги тут уже не осталось…

Выходим на дорогу. Новый сюрприз…

 

ПО ДОКУМЕНТАМ ТУТ - ДЕРЕВЬЯ. А НА ДЕЛЕ...

Тормозит богатый джип. Гендиректор легендарного здесь лесоперерабатывающего комплекса «Краслесинвест» Андрей Черкашин возвращается с инспекции вырубки, жмем руки…

Небольшое отступление.

У «Краслесинвеста» - типичная судьба русского инвестпроекта. Получив от государства лес по символической цене (39 рублей за гектар) под обещание построить завод и ЦБК (целлюлозо-бумажный комбинат), тут пустились во все тяжкие…

Точно такой же проект, кстати, параллельно затеяли в соседнем Лесосибирске, где за дешевый лес бизнесмены обещали построить завод на 9 тысяч рабочих мест. ЦБК, туннель по дну Енисея…

В Лесосибирске не построили ничего.

Семь лет рубили дармовой лес, что наше наивное государство, конечно, не замечало. А потом фирма просто объявила себя банкротом. И никто за это не сел.

«Краслесинвесту», где акционер оказался слишком солидный (один из крупнейших московских банков), повезло больше - под Богучанами все-таки начали строить завод. Было что осваивать – Москва вложила в проект 93 миллиарда рублей. Но в районе знали: мысль у пришельцев одна - как быстро вырубить тайгу. Первыми. Пока не поздно…

- Ведь когда банку отдали лес, то, по сути, его обманули, - рассказывал нам председатель красноярской анти-коррупционной организации «Кобра» Владимир Бурцев. - Когда провели аэрофотосъемку, выяснилось, что от расчетной лесосеки осталось меньше половины. Потому что правительство на самом деле не знает, сколько в России леса. По документам тайга, может, и есть, а на деле - ее давно вырубили…

Прежняя команда, руководившая комплексом, делала деньги непринужденно - одним легким движением руки покупала лес по льготной цене за 39 рублей, перепродавала за 200 - 300. И это фигурировало в отчетах чиновников как передовое хозяйство.

И тут - разумеется - никого не посадили. Почему?

Обычай тут такой.

Например, поймали как-то одного из замруководителей Красноярского лесхоза, Николая Кожемяко, на взятке - он крышевал как раз подобные истории (говорят, вход в «клуб распильщиков» стоил тут 4 - 6 миллионов рублей). Но вместо срока Кожемяко получил штраф. Теперь он уважаемый специалист - участвует даже в парламентских слушаниях Госдумы по обустройству лесного хозяйства (где его настиг вопросом «Почему вы на свободе?» в своем телерепортаже спецкор «России 1» Борис Соболев).

 

НЕ ПРИ НАШЕЙ ЖИЗНИ

Возвращались мы в тяжелом молчании.

- Я забыл показать самое главное, - вдруг вспомнил лесопромышленник Василич, добросивший нас до тайги.

И дал по тормозам.

- Смотри! - Мы с фонариками подошли к бревнам, грудой лежащим у дороги. - Видишь на спиле годовые кольца?

Я долго приглядывался. Кольца были. Кажется. Тонкие-тонкие, как паутинка.

- Этой ангарской сосне лет 100, - сказал Василич, пнув анориксичное бревно. - Она в нашем красноярском климате растет очень-очень медленно. Южнее, в Иркутской области, такое дерево вырастет лет за 70. А еще южнее – в Китае - лет за 50. Так что расслабьтесь.

- Не будет здесь тайги при нашей жизни? - поняли мы мысль лесопромышленника. - Ладно. Но почему из нее хотя бы не сделать табуретку, стул, шкаф?

- И не продать, положим, в Китай! А не гнать кругляк, - деловито почесал затылок Гусейнов…

- Этой ангарской сосне лет 100, - сказал Василич, пнув анориксичное бревно. - Она в нашем красноярском климате растет очень-очень медленно. Южнее, в Иркутской области, такое дерево вырастет лет за 70. А еще южнее – в Китае - лет за 50. Так что расслабьтесь.

- Не будет здесь тайги при нашей жизни? - поняли мы мысль лесопромышленника. - Ладно. Но почему из нее хотя бы не сделать табуретку, стул, шкаф?

- И не продать, положим, в Китай! А не гнать кругляк, - деловито почесал затылок Гусейнов…

Продолжение следует.

 

Выскажите мнение о материале:

Очень полезно  Любопытно  Ничего нового  


Об Ассоциации . ЦБП России . Новости и комментарии . Исследования и публикации . Календарь событий . СПК в целлюлозно-бумажной, мебельной и деревообрабатывающей промышленности
Главная . Контакты . Карта сайта .   . Написать письмо    Тел./Факс +7 (495) 783-06-01
Copyright 2009 РАО "Бумпром" другие новости
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100