Обзор СМИ от 8 августа 2024 года
КАДРОВЫЙ ГОЛОД В ЛЕСНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ: КАК СПРАВЛЯЮТСЯ ПРЕДПРИЯТИЯ?
Марина Каталакиди, «Лесной комплекс»
Всё чаще мы слышим о нехватке специалистов в различных областях. Не обошла проблема кадрового голода и лесопромышленную отрасль. Эта статья появилась после получения письма от Российско-Вьетнамской Торговой Федерации с просьбой принять иностранных специалистов на работу в Россию. Даже до Вьетнама дошла информация о ситуации в нашей стране, и они готовы помочь отечественным предприятиям, предоставив ценные кадры.
Как получилось, что своих профессионалов в нашей стране почти не осталось? Как справляются предприятия и откуда берутся кадры? Попытаемся разобраться вместе с представителями системы образования, лесопромышленных предприятий и органов власти.
Положительных изменений нет
«Предлагаем рассмотреть привлечение специалистов для работы на предприятиях из Социалистической Республики Вьетнам, а также довести эту информацию до смежных предприятий и структур. Президентом Российской Федерации В. В. Путиным в рамках интервью от 14.03.2024 г. было озвучено, что ситуация, связанная с кадровым дефицитом, не изменится к лучшему в ближайшие годы.
Учитывая высокую численность населения, а также большой спектр рабочих специальностей и высокую производительность труда, полагаем, что привлечение как узкоспециализированных, так и высококвалифицированных специалистов из дружественного государства может существенно повлиять на решение данной проблемы и обеспечить приток недостающих специалистов», — говорится в письме от президента Российско-Вьетнамской Торговой Федерации Антона Новикова.
Действительно, Владимир Путин рассказал в интервью РИА «Новости» и телеканалу «Россия-1», что ситуация с кадровым голодом останется плачевной в ближайшей перспективе. Предприниматели должны понимать, что столкнутся с дефицитом рабочей силы. По мнению президента, бизнесменам нужно повышать производительность труда работников и снижать их число там, где можно добиться лучшего результата с помощью современной техники.
Рассуждая о ситуации с рабочими мигрантами, президент отметил, что их количество от общего числа работающих составляет 3,7% и в сравнении с другими странами этот показатель не такой высокий. Говоря о трудовых мигрантах, глава страны заявил о необходимости введения мер для их интеграции в общество. Перед приездом в Россию они должны изучить русский язык, традиции, культуру.
«Нужно так, чтобы и о них здесь заботились, по-человечески к ним относились. Так, чтобы они интегрировались в наше общество естественным образом. Всё это вместе и должно дать соответствующий, надеюсь, позитивный эффект», — цитирует главу государства РБК.
Эксперты hh.ru подвели итоги I квартала 2024 года в лесопромышленном комплексе. Список регионов с наибольшей потребностью в персонале в лесной промышленности и деревообработки возглавляют Москва и Московская область, а также Санкт-Петербург и Краснодарский край.
Потребность в новых кадрах компаний-лесопромышленников в СЗФО по итогам I квартала 2024 года достигла больше 4,3 тыс. чел. (по РФ — больше 18 тыс. вакансий).
По сравнению с прошлым годом спрос компаний округа увеличился сразу на 33% (по РФ спрос вырос на 57%). В разрезе регионов СЗФО видно, что наиболее высокая потребность в новых работниках отмечена у компаний из Вологодской области (+33%), Петербурга (+37%), Коми (+50% новых вакансий), Карелии (+70%), Ленобласти (+73%), Новгородской области (+110%). Кроме того, в Калининградской области в 2,3 раза вырос спрос на кадры в лесной промышленности по сравнению с прошлым годом.
По данным сервиса «Люди в цифрах», в I квартале 2024 года компаниями-лидерами по числу вакансий, связанных с профессиями в лесной промышленности, сфере ремонта и деревообработки, стали следующие: «ВсеИнструменты.ру», RFP Group, «Ультрадекор ГМХ», Segezha Group, ГК «УЛК», группа «Илим», «Свеза», «Трактородеталь», «Дятьково», «Агро-Строительные Технологии», Smart Group, «Каменный век», Павлово-Посадский гофрокомбинат, Open group, Good Wood.
Наиболее востребованными специалистами по итогам I квартала в лесопромышленном хозяйстве, судя по количеству вакансий, стали клиентские менеджеры (15% вакансий от всего объёма по стране), водители (9%), работники складов (8%), инженеры-конструкторы (6%), операторы производственных линий (5%), сервисные инженеры (5%), слесари (5%), технологи (4%), разнорабочие (4%), машинисты (4%).
За последний год изменились и требования работодателей отрасли к соискателям. Так, руководители стали на 73% чаще искать работников с отраслевым средним специальным образованием. Число таких вакансий в РФ с начала года достигло почти 2 тыс. и продолжает расти.
При этом доля предложений о работе с требованием высшего образования всё ещё остается внушительной (каждая пятая вакансия). Но спрос на специалистов, имеющих вузовское образование, за год вырос лишь на 43%. Количество предложений работы для соискателей без опыта в отрасли составило больше 4,2 тыс. Это превышает показатель прошлого года на 143%.
Кто нам нужен?
Несмотря на то, что лесная промышленность считается консервативной отраслью, в последние годы всё больше цифровых процессов проникает и сюда. Растёт число предприятий, использующих высокотехнологичное оборудование и внедряющих прогрессивные производственные процессы. А соответственно, увеличивается дефицит высококвалифицированных специалистов, которые умеют работать на новом оборудовании.
Так, первый вице-президент Национальной ассоциации лесопромышленников «Русский лес» Андрей Гончаров отмечает спрос на операторов высокопроизводительной техники и инженеров. Внедрение инновационных технологий и цифровизация также формируют рынок совершенно новых для отрасли профессий: это операторы комплексных систем и БПЛА, программисты, 3D-инженеры, проектировщики.
Сегодня многие отрасли переориентируются на азиатские рынки сбыта, и лесная промышленность здесь не исключение. Поэтому уже сейчас за специалистов, которые владеют, например, китайским языком, могут наладить логистику и выстроить схему новых цепочек поставок, предприятия готовы едва ли не драться.
Многие представители лесопромышленной отрасли говорят о том, что в спросе не только кадры нового формата, но также рабочие и инженеры. В конце прошлого года производитель берёзовой фанеры — группа «Свеза» — представил рейтинг наиболее востребованных вакансий на своих предприятиях.
В пятерку лидеров вошли: сортировщик шпона и фанеры, водитель автопогрузчика, оператор автоматических линий по обработке древесины, укладчик пиломатериалов и изделий из дерева, а также сборщик. Наиболее востребованы в отрасли специалисты с высшим образованием: конструкторы, технологи и инженеры по ремонту техники. Среди рабочих профессий выделяются столяры, плотники и операторы деревообрабатывающих станков с ЧПУ.
«В первую очередь сейчас актуальны все профессии, где нужно работать руками, причём квалифицированно. Большой запрос на водителей всей номенклатуры техники, работающей в лесу и на лесоперерабатывающих предприятиях, операторов станков и оборудования, слесарей. Новый тренд — специалисты лесного хозяйства, так как приходит осознание на федеральном уровне, и это закрепляется в нормативной документации, о необходимости рачительного и эффективного использования лесных богатств.
Значительный всплеск потребности на специалистов новых профессий, в том числе операторов беспилотной авиации в лесном хозяйстве», — делится наблюдениями директор Дивногорского техникума лесных технологий Ольга Сквознякова.
В нашей стране существует всего три профильных вуза, выпускающих специалистов для лесопромышленной отрасли. Это Воронежский государственный лесотехнический университет, Санкт-Петербургский государственный лесотехнический университет им. С. М. Кирова и Уральский государственный лесотехнический университет. Помимо этого, специалистов для лесной отрасли готовят в других вузах, техникумах и колледжах.
Всего таких учебных учреждений по стране больше 160. Суммарно они выпускают около десяти тысяч специалистов в год: от 6 до 7 тысяч человек с высшим образованием и от 3 до 4 тысяч со средним профессиональным. Однако даже этого недостаточно. По данным Минпромторга, дефицит кадров как с высшим, так и со средним специальным образованием составляет около 12 тысяч человек.
Отрасли нужны и высококвалифицированные инженерные кадры, и рабочие: механики, операторы, столяры. Кроме того, Росстат подсчитал, что 47% выпускников профильных вузов не идут работать по специальности, что ещё больше усугубляет ситуацию.
Больше всего страдают предприятия в отдалённых районах, куда молодёжь не заманишь никакими обещаниями. Вахтовый метод работы в силу специфики отрасли по-прежнему остаётся востребованным — он предлагается в каждой десятой вакансии, это на 45% больше, чем в прошлом году.
«Привлечение людей из других территорий неизбежно поставит вопросы нового жилья и того, что принято называть инфраструктурой: дополнительных мест в поликлиниках, питания, отдыха, решения транспортных вопросов и т. д. А при обучении своих, местных жителей, особенно молодёжи, нужно иметь стратегическое мышление, думать об этом заранее, планово обучать и привлекать молодёжь, давать ясную картину того, кем можно стать здесь, показать интересный образ будущей жизни, достойного уровня», — считает г-жа Сквознякова.
Пугает молодых специалистов и существующий стереотип о том, что лесная промышленность — это отрасль, связанная с сугубо тяжёлым физическим трудом и невыносимыми условиями. Между тем отмечено, что благодаря цифровизации и автоматизации лесная промышленность сейчас находится в активной фазе развития и выходит на принципиально новый технологический уровень, что открывает хорошие перспективы для молодёжи.
За последний год компании увеличили число вакансий на «удалёнке», хотя каждое второе предложение на рынке труда предполагает график работы в офисе или непосредственно на производстве.
Андрей Гончаров отмечает, что отечественная лесная промышленность трансформируется, растёт доля обрабатывающих производств, внедряются цифровые технологии, а лесное хозяйство стремится перейти на модель интенсивного развития. Эти процессы формируют стабильный и растущий спрос на технические и управленческие специальности.
«Перспективы развития и роста вместе с отраслью — основной стимул для молодёжи. Причём, помимо профильных специалистов, отрасли нужны, например, программисты. Также в этой сфере есть спрос на технологические решения — это возможная точка входа в отрасль для стартапов и разработчиков», — говорит он.
«Не секрет, что сегодня вопрос найма персонала стоит особенно остро. Не обошла стороной эта проблема и предприятия лесопромышленного комплекса. Работодатели, в особенности производственные компании, испытывают серьёзный кадровый голод. Количество молодых специалистов вследствие демографической ямы сокращается. Ссузы и вузы испытывают нехватку студентов на технических и инженерных направлениях.
Для нас ситуация привлечения персонала усложняется локацией предприятия: мы находимся в отдалении от мегаполиса, в маленьком городе. Кроме того, становится всё сложнее закрывать и рабочие вакансии на производстве, потому что, помимо демографических сложностей, появляется всё больше альтернативных вариантов трудоустройства, предполагающих возможность работать удалённо без привязки к локации либо с гибким графиком, а это привлекает в первую очередь молодёжь», — комментирует положение дел старший менеджер по управлению персоналом Светогорского ЦБК Мария Васильева.
Она отмечает высокий спрос на сотрудников рабочих профессий и инженерных направлений: технологов производства, специалистов АСУ, электриков, механиков на ЦБК. А также делится неутешительным прогнозом, что такая тенденция будет только усиливаться: в будущем конкуренция между производственными компаниями за такими кадрами продолжит нарастать.
Пока сам себе не поможешь…
Понимая, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих, предприятия готовы идти на многое ради привлечения, обучения и сохранения специалистов.
«Дефицит некоторых рабочих профессий появился ещё лет 10-15 назад. Это, в частности, водители категории «Е» — водители лесовозов. К примеру, на целлюлозно-бумажном комбинате „Сыктывкарский ЛПК”, ещё в 2010 году создавали специальную программу для привлечения 200 водителей. Лесопильным предприятиям, которые в то время активно работали в рамках приоритетных инвестпроектов, не хватало даже операторов на лесопильной линии, особенно в глубинке.
Даже хорошая зарплата и возможность обучения в Финляндии мало привлекали персонал. Сейчас ситуация ещё больше ухудшилась. Я знаю одно лесное предприятие из посёлка, куда завезли водителей лесовозов из южных регионов России. В суровых условиях нашего региона, в тайге, они смогли проработать недолго и вернулись обратно», — вспоминает вице-президент Торгово-промышленной палаты Республики Коми Андрей Кривошеин.
По его словам, одной из интересных практик стало привлечение работников из числа отбывающих наказание в исправительных центрах. Так, к примеру, на фанерном заводе Жешевского ЛПК необходимо для работы 2000 человек, а подобное решение стало спасением для предприятия.
«Текущая ситуация на рынке труда порой требует нестандартных подходов и активного использования всего набора доступных инструментов. Стратегия привлечения может быть различной и зависит от конкретной вакансии, но мы стараемся использовать разнообразные источники: от страничек на работных сайтах и публикаций в социальных сетях до проведения ярмарок вакансий на предприятии.
Всё зависит от каждой конкретной вакансии: сложности и специфики профиля позиции, причин открытия, срочности подбора, локации и прочих факторов. Рабочие места стремимся заполнять оперативно: производство должно работать стабильно. Но с учётом убыли населения в регионе и усложнения ситуации на рынке труда в целом привлекать кандидатов становится всё сложнее.
В группе компаний Светогорского ЦБК работает более 2000 человек, и в этом году мы внедрили реферальную программу для сотрудников, которая предполагает денежные выплаты тем, кто порекомендовал кандидатов, трудоустроившихся на предприятие и проработавших на нём в течение определённого периода времени», — говорит Мария Васильева.
Заместитель директора ООО «Вектор» (бренд Cronver) Михаил Коханов считает, что удержать кадры можно только условиями.
«Стоящего специалиста легко переманить деньгами, а вот удержать можно только дополнительными „плюшками”», — говорит он.
Поэтому расширение соцпакетов и индивидуальный подбор дополнительных бонусов для работников становится всё более популярным у работодателей. Представители «Свезы» рассказали, что в 2024 году компания увеличила список льгот для новых и действующих сотрудников.
В качестве дополнительных мер в социальный пакет компания среди прочего включила расширенную программу ДМС, платформу юридической, финансовой, психологической и ЗОЖ поддержки, единовременные выплаты вернувшимся из армии «срочникам», оплату части стоимости арендного жилья релоцированным работникам и приветственные бонусы новичкам.
«Завод „ЛузаЛес” озаботился строительством жилья для своих сотрудников и созданием инфраструктуры. В центре Сыктывкара будут строить свою поликлинику. Уже возведён дом в несколько этажей из своих же древесных материалов, на первом этаже располагается детский сад, а к месту работы проложена велодорожка», — рассказывает г-н Кривошеин.
Однако эксперты уверены, что только повышение зарплаты и улучшение условий труда не смогут коренным образом изменить ситуацию к лучшему. Одну из главных ролей здесь должны сыграть учебные заведения. Только общие усилия образовательных учреждений, государства и профильного бизнеса, их активное взаимодействие с реальным сектором экономики способны дать позитивную динамику.
«Пока, к огромному сожалению, любой дефицит кадров перекрывают случайные люди, здесь и сейчас оказавшиеся в доступе по разным причинам и откликнувшиеся на срочные вакансии, которые публикуют кадровые службы предприятий. Значительный отклик составляют люди без соответствующего образования, зачастую приезжие из других регионов и даже ближнего зарубежья.
Они никакой привязки к лесной отрасли, к местам работы не имеют, и их единственная мотивация — это быстрый заработок без учёта долгосрочных последствий собственной деятельности. И, естественно, ожидать от них какой-то серьёзной отдачи, эффективности, вдумчивой работы на долгосрочные цели было бы странно», — говорит г-жа Сквознякова.
По её словам, нужно изменить подход и прекратить набирать персонал «по объявлению», а перейти к более серьёзному, системному планированию и обеспечению кадровых потребностей лесного комплекса. Озадачиться целевой подготовкой кадров для конкретного предприятия. И не последнюю роль здесь должно играть государство.
«Совместная работа бизнеса и государства может изменить ситуацию. Государство должно обязать бизнес подходить к этой проблеме ответственно, строить планы на расширение производства, планировать кадровые потребности на несколько лет вперёд, ставить образовательным организациям задачи по подготовке кадров по конкретным профессиональным компетенциям. Ну и, конечно, нельзя забывать про программы стажировок и профпроб на предприятиях.
Это позволит привлечь молодежь из тех мест, где размещены производства, отстоять малые города и населённые пункты, решить нежелательные моменты с избыточной миграцией. В конечном счёте — вернуть людям веру в себя, в то, что с новыми проектами развития лесного комплекса возвращается молодёжь, в населённые пункты возвращается жизнь», — подчёркивает Ольга Сквознякова.
Выращивать кадры
Работодатели продолжают всё чаще прибегать к вариантам стажировок на производстве (+91% новых предложений по сравнению с показателем прошлого года), а также развивают сотрудничество с образовательными учреждениями, начиная чуть ли не с детского сада.
«Привлечение внимания и мероприятия, направленные на повышение престижа рабочих профессий, инженерно-технических специальностей в целом и для ЦБП в частности на государственном уровне, могли бы дать результат. В этом, на мой взгляд, заинтересованы как федеральные, так и региональные власти», — говорит начальник отдела кадрового обеспечения и администрирования группы компаний «Карелия Палп» Екатерина Буланова.
«Эта работа могла бы быть совместной для предприятий реального сектора экономики и органов государственной власти, она усилила бы те меры, которые предпринимают работодатели и учебные заведения сегодня. Так, наша компания ведёт диалог с молодыми людьми не только в школах, вузах и ссузах. Даже в детских садах возможно интересно выстроить профориентационную работу.
Это могут быть книги и раскраски для дошкольников, экскурсии на производство и необычные тематические уроки для школьников, практика и мероприятия для студентов, позволяющие вникнуть в решение реальных задач, стоящих перед производственными компаниями. Как показала Инновационная неделя, организованная в Высшей школе технологии и энергетики (Санкт-Петербург), такой опыт полезен и производственникам, и молодёжи», — заключает г-жа Буланова.
«Мы ведём разнонаправленное сотрудничество с профильными предприятиями отрасли. Приглашаем сотрудников на лекции и мастер-классы, а компании, в свою очередь, организовывают производственные практики, по итогам которых лучшие студенты получают трудоустройство.
Такая работа позволяет подготовить действительно нужных рынку труда специалистов, а выпускникам — получить гарантированное трудоустройство и уверенность в завтрашнем дне», — считает руководитель центра карьеры Санкт-Петербургского государственного лесотехнического университета им. Кирова Светлана Колмогорова.
На базе СПбГЛТУ создан колледж автоматизации лесопромышленного производства, в котором готовят специалистов в области информационных систем, технологии деревообработки и комплексной переработки древесины. Это как раз и есть те квалифицированные рабочие специальности, в которых отрасль сейчас нуждается наиболее остро. Колледж напрямую сотрудничает с профильными предприятиями, что позволяет вести более «прицельную» подготовку специалистов, а выпускникам даёт возможность трудоустроиться по профессии.
«Предприятия готовы финансировать обучение и выращивать сотрудников, если финансовая модель будет выгодна, подтверждена жизнью. В настоящее время руководители предприятий отрасли вполне освоили эту схему и понимают, что своих сотрудников обучить выгоднее, чем привлечь новых со стороны. Мы это видим на отделении дополнительного образования Дивногорского техникума лесных технологий, где ежегодно проходит обучение до тысячи человек, в основном именно по заявкам предприятий», — отмечает г-жа Сквознякова.
С молодежью: от школьников до выпускников вузов — активно работают и представители Светогорского ЦБК. На предприятии студентам дают возможность погрузиться в работу крупной производственной компании под руководством опытных наставников с помощью краткосрочных оплачиваемых стажировок в различных департаментах.
«Ежегодно мы организовываем визиты учащихся на комбинат с целью ознакомления с технологическим процессом и деятельностью компании в целом. Например, в июне мы принимали интеллектуальный лагерь для школьников, учащихся 7-х и 8-х классов, в ходе которого вовлекали детей в историю развития ЦБК, предлагали различные игры и мастер-классы, рассказывали о нюансах производства бумаги и картона, объясняли, чем химико-термомеханическая масса отличается от целлюлозы.
Мы тесно взаимодействуем с Политехническим колледжем, который готовит ребят по профильным для нас рабочим специальностям. Студенты проходят у нас практику, а те, кто хорошо себя зарекомендовал, трудоустраиваются к нам сразу после выпуска», — рассказывает Мария Васильева.
А может, заменим людей машинами?
Чувствуя последние тенденции, производители оборудования и программного обеспечения стали разрабатывать новые системы, в которых задействовано как можно меньше человеческого ресурса. На предприятиях внедряются новые механизмы, которые должны облегчить жизнь и снизить потребность в рабочей силе.
«Конечно, на производствах Светогорского ЦБК используются различные автоматизированные системы. Однако мы считаем, что никакая техника не справится со своей функцией без участия человека и рано или поздно станет просто железом или некой системой. Всегда нужны высокоточная наладка, сервис, аудит и многое другое. У нас в компании для всех профессий есть программы обучения и тренинги с участием опытных и талантливых наставников. Поэтому мы ценим людей и их труд, ведь нашу бумагу для жизни людей делают люди», — считает г-жа Васильева.
«Автоматизированные системы неизбежно заменяют людей на многих участках работы, точно так же, как во время промышленной революции инновационное сельскохозяйственное оборудование заменило людей и лошадей. Мы это хорошо видим в лесном хозяйстве: современная лесозаготовительная техника, беспилотные технологии, авиационные и спутниковые системы сканирования. Нет никаких сомнений в том, что автоматизация эффективна, она даёт большую экономическую эффективность, сокращает потребности в кадрах.
Но в то же время мы видим при этом и появление большей потребности в специалистах, обслуживающих такую технику. У нас в техникуме они представлены, и в качестве основных программ („Техническая эксплуатация подъёмно-транспортных, строительных, дорожных машин и оборудования”, „Эксплуатация беспилотных авиационных систем”), и в качестве многочисленных программ дополнительного образования», — говорит г-жа Сквознякова.
Несомненно, машины всё чаще выполняют сложные и рутинные задачи, они могут работать в тяжёлых и опасных условиях. Дополненные искусственным интеллектом, они будут иметь низкую частоту ошибок и обладать невероятной точностью и скоростью, что приведёт к эффективной и быстрой работе на благо людей.
«В будущем, наверное, мы можем увидеть лесной комплекс, в котором вообще всю рутинную работу будут выполнять роботы, но уверены, что главный ключ всегда будет оставаться в человеческих руках. Человек всегда будет находиться на первом месте, главное, чтобы он обладал достаточным набором компетенций и высокой квалификацией», — заключает директор Дивногорского техникума лесных технологий.
ЛЕСОЗАГОТОВКА В 2024 ГОДУ: ПЕРСПЕКТИВЫ И РЕШЕНИЯ
Марина Каталакиди, «Лесной комплекс»
Проблемы «душат» отрасль со всех сторон: изменения в законодательстве, нехватка специалистов, высокие финансовые издержки и сложности с техникой становятся причиной бессонных ночей лесопромышленников.
Во время работы секции «Лесная техника» на отраслевой конференции «Лесозаготовка: аналитика, экономика, внедрение IT-решений» участники обсуждали наболевшие проблемы покупки, ремонта и обслуживания техники. А также делились последними решениями, которые появятся в ближайшем будущем и, возможно, оправдают надежды лесозаготовителей.
Откатываемся назад
По данным Рослесхоза, объём российской лесозаготовки в 2023 году составил 188 млн, снизившись на 4% по сравнению с 2022 годом, когда он находился на уровне 195 млн м.
«Комфортная гонка за кубами приостановилась. Если раньше мы могли себе позволить красиво заготавливать, то сейчас нужно думать, как снизить себестоимость заготовки, потому что это стало нерентабельно. Дорогостоящую технику сейчас не купить, приходится рассматривать б/у, запчасти стали дороже в 2-3 раза из-за поставок по параллельному импорту, увеличился и срок их доставки до 3-4 недель. Это отразилось на работе операторов, они стали намного меньше и бережнее эксплуатировать технику, без перегрузов», — комментирует ситуацию президент Союза лесозаготовителей Павел Субботин.
Тенденцией последнего времени, по словам специалистов, становится техническое донорство. Лесопромышленники пускают на запчасти отработавшие свой век единицы оборудования, чтобы полноценно продолжить работать на более новой технике.
«Действительно, в последнее время очень распространён восстановительный ремонт. Что-то разбираем, чтобы собрать другое. Ни для кого не секрет, что поставить в страну разными способами можно многое, но это будет дороже от 160 до 200 и более процентов», — говорит кандидат технических наук Санкт-Петербургского государственного лесотехнического университета им. С. М. Кирова Фёдор Свойкин.
По словам Павла Субботина, первыми из строя выходят харвестеры. Они работают до первой серьёзной и, соответственно, дорогой поломки. Их никто ремонтировать не будет, проще вернуться к советской классике — бензопиле «Урал».
«Да, приходим к тому, что на замену валочной машины возвращаются бензопилы, даже возобновили продажи популярных когда-то советских марок, так как гнаться за кубом и увеличивать поставки нет потребности, бригада вальщиков вполне справится с потребностями и ручным способом. Другой вопрос в том, что не все операторы харвестеров умеют обращаться с бензопилой», — говорит г-н Субботин.
Г-н Свойкин не согласен с коллегой, считая, что те, кто привык заготавливать древесину более-менее комфортно, ни за что не вернутся к технологиям советского времени.
«Вспомните эти пережитки советского прошлого: пилы „Урал” и „Дружба” и другие. Весят они порядка 10 кг с поворотным редуктором, к которым с собой ещё нужно иметь две 10-литровых канистры топлива. Хочется же работать на чем-то комфортном и улучшать условия труда. Спросите у любого из моих студентов, захотят ли они поработать на таком инструменте, когда есть аналоги весом 4 кг и с собой требуют 3-литровую канистру масла.
Сегодняшних студентов мы за валку леса ручным моторным инструментом никак не посадим. Я постоянно слышу, что операторы скоро пересядут и будут заготавливать бензопилами. Ну, никто не захочет пересесть с удобной, комфортной кабины оператора. Куда уйдут вальщики? Они начнут вахтами ездить в другие регионы и обратят внимание на нефть, газ, просто перейдут в другую отрасль», — считает он.
Ждём новых решений
Европейскую технику, конечно, продолжают эксплуатировать, но и она не вечна. Совершенно очевидно, что нужны свежие решения для разработки лесосек, и специалисты работают над этим направлением, только пока полностью удовлетворить нужды и закрыть все потребности не получается.
«Наши предприятия неплохо адаптировались к ситуации, пришлось начать изучать агрегаты и пробовать изготавливать их копии, так как привезти оригинал стало просто нецелесообразно. Дополнительные затраты на логистику и наценка посредников делают запчасть дороже в 3-4 раза. Что-то мы уже умеем импортозамещать, причём делаем намного дешевле оригинала.
В первую очередь это востребованные детали, у которых небольшой срок годности. Мы научились делать телескопы стрелы манипулятора как для харвестеров, так и для форвардеров, в общем металл, так как он быстрее всего снашивается, но основная проблема остаётся в электрике», — делится опытом Павел Субботин.
Осложняется ситуация ещё и тем, что российских производителей, способных делать качественный продукт, не так-то много, и их основные силы направлены на сферу обороны и вооружения из-за сложной внешнеполитической ситуации, считает генеральный директор компании «ДСТ-Урал» Евгений Горелый. Параллельно они выпускают самую востребованную продукцию, чтобы совсем не потерять рынок.
«Абсолютно новых отечественных решений пока нет, и производители не скрывают: все технические решения похожи на чужие разработки. Понятно, что реверс-инжиниринговые решения подразумевают именно физическое копирование объекта. Сейчас очень много приходит запросов на копирование харвестерных головок.
Но я открою большой секрет: на смену им уже пришли другие более современные агрегаты. А мы пытаемся копировать то, что производилось 15-20 лет назад, только физику, не говоря о системах контроля управления, программном обеспечении.
Что это, как не технологическое отставание? Тут нужно ответить на вопрос стратегически: фиксируем отставание или всё-таки хотим в этой отрасли что-то сделать новое? Нужно сделать такой чекап и проверить, что у нас с микроэлектроникой, что с гидравликой. Готова ли наша промышленность к копированию не только физических характеристик, но и внутренностей», — рассуждает Фёдор Свойкин.
Много разговоров идёт вокруг полевых испытаний харвестеров и форвардеров КАМАЗ, которые прямо сейчас проходят в Карелии. Харвестер КАМАЗ-1010 и форвардер КАМАЗ-1011 — пока опытные образцы, и сравнивать их с аналогами зарубежной техники, по мнению операторов, ещё сложно. По словам опытных сотрудников, у машиностроителей хороший потенциал, разработчики взяли верный вектор для развития отечественных автоматизированных лесозаготовительных комплексов — высокотехнологичных и современных машин.
«Знаю, что скоро появится ещё больше российских аналогов, пока идём в правильном направлении. Всё происходит достаточно интересно. О полной замене импорта говорить слишком рано. Даже если получится достаточно достойный экземпляр, чтобы нарастить такое количество выпуска единиц, который требуется для российского рынка, потребуются годы и очень большие инвестиции», — считает г-н Субботин.
«Очень сложно локализовать машиностроение в одной стране, и это нормальная ситуация, мировой тренд. Даже представители КАМАЗа говорят: „Что нам поставят, то мы соберём и вам предложим”. Они абсолютно модульно собирают свои машины из деталей, которые им поставили из разных стран. И в лесу будет то же самое», — считает г-н Свойкин.
Стоит ли надеяться на Китай?
В начале лета новость о полевых испытаниях форвардера, произведённого в Китае, облетела всех заинтересованных лиц, но пока особенного энтузиазма не вызвала. Наши лесозаготовители не верят, что китайцы могут сделать достойный наших лесов продукт, и ждут первых подтверждённых результатов об эффективности новой техники.
«Китайские гусеничные харвестеры смогли быстро занять свою нишу, а в форвардерах остаётся потребность, и, если бы положительные результаты испытаний были, нам бы уже их озвучили. Но, может, это вопрос времени, пока ещё остаётся возможность завозить б/у технику с малой наработкой. Обновить лесовозный парк авто для вывозки на дальнее плечо вполне можно, китайские сортиметовозы уже заинтересовали наших заготовителей, многие начали покупать. А вот вывозить с делянки пока будем по-старинке: „Уралами” и КАМАЗами», — говорит г-н Субботин.
Лесозаготовительная техника — новое направление для китайских машиностроителей, оборудование достаточно технологичное, и попытки китайцев сделать что-то подобное пока не увенчались успехом. Это не значит, что они не освоят нишу, тем более что в разработке задействованы силы инженеров двух стран.
«Лес-ПромСервис» оборудует новые харвестеры. На площадке готовы к отправке заказчикам из СЗФО два экскаватора XCMG (компания является дилером этого китайского завода), оснащённые харвестерными агрегатами. И если один из них изготовлен ещё Ponsse, то другой — производства китайской марки Jsailin.
«Я думаю, что Китай сможет ещё за 2-3 года обеспечить потребности российского ЛЗК, они возьмут порядка 70% рынка, остальные 30% уйдут на долю рынка отечественным аналогам. Тут, собственно, тоже наработка есть», — прогнозирует г-н Субботин.
На самом деле, китайцы тоже ничего не предлагают нового, всё те же копии европейцев, просто они имеют возможность серийного производства.
«У нас не полтора миллиарда, как в Китае, а в 10 раз меньше, соответственно, у нас нет такого объёма потребления, в результате мы производим не такую крупную серийность. Мы не можем демпинговать, как они, у нас проблемы исторические с высокой стоимостью энергоносителей. Как следствие, высокая стоимость сырьевых продуктов, металлов. Но, если мы хотим дальше иметь независимую страну, нужно ответить на вопрос: сами будем строить или китайцев позовём, которые нас потом и съедят?» — говорит г-н Горелый.
Кто считает, что Китай нам поможет, тот очень сильно заблуждается. Китай в первую очередь поможет себе, это знают те, кто с ними уже работал. Делают они всё только в интересах своего государства, считает Фёдор Свойкин. И предлагает обратить внимание на смежные тяжёлые отрасли промышленности, где уже созданы отечественные технические решения, способные работать в схожих природных и производственных условиях.
«Пока мы спасали „АвтоВАЗ”, Китай создал автомобильную промышленность. Соответственно, пока мы смотрели в одну сторону, у нефтяников и газовиков сформировалось решение на пневматиках сверхнизкого давления, которые успешно применяются. Я даже сделал подборку. Это вовсе не те нелепые „каракаты”, которые видим, когда едем на охоту и рыбалку.
Это абсолютно рыночные решения, которые уже приобрели крупнейшие компании: «Россети», МЧС, ФСК. И более того, уже созданы промышленные трактора на неудобных рельефах, а также коммерческие образцы для работы в лесу, я рекомендую обратить внимание на этот опыт. Нам следует дальше идти в ногу со временем.
Не надо фиксировать технологическое отставание и концентрироваться на том, что предлагает нам реверс-инжиниринг, а именно копирование устаревших решений. Обратите уже внимание на тех производителей, которые делают коммерческие продукты. Практически в каждом регионе Российской Федерации есть производители с пневматикой низкого давления.
И суммарно каждый из этих заводов уже на данный момент выпускает порядка 60 машин в год. Если на них обратят внимание и, понятно, поддержат, то вполне возможно, что они смогут помочь лесной отрасли. Но это нужно проработать и провести настоящий чекап нашей промышленности», — рекомендует Фёдор Свойкин.
